Потребность как основа и движущая сила поведения человека

12.09.2016
Наблюдая бесконечное многообразие и богатство человеческих эмоций, мы не можем абстрагироваться от необходимости уточнения количества и качества потребностей, на базе которых возникают те или иные эмоциональные реакции. Как уже упоминалось, помимо потребности эмоция зависит от вероятности (возможности) ее удовлетворения, причем эта оценка происходит как осознанно, так и неосознанно. В процессе данной деятельности возникает сложнейшая динамика трансформации потребностей и возникновения новых потребностей путем превращения средств достижения целей в относительно автономные цели.

С эмоциями тесно связана проблема воли. Эта связь настолько тесная, что некоторые авторы предпочитают говорить о единой «аффективно-волевой сфере» психики и поведения. Так, традиционное деление психических явлений на интеллектуальные, эмоциональные и волевые (разум, чувство, воля) видный отечественный психолог С.А. Рубинштейн заменил двумя группами интеллектуальных и аффективных явлений, считая волю «верхушечным слоем» аффективных процессов (желания, стремления). В сущности, сами эмоции, будучи вторичными и производными психическими -образованиями, менее важны и интересны, чем порождающие их факторы. Очень часто эмоции являются лишь индикаторами событий, разыгрывающихся на более глубоком, чем эмоции, уровне. Следовательно, эмоция может быть надежным и объективным показателем мотивации высшей нервной деятельности человека, «слюнной железой» (по выражению П.В. Симонова) процессов, разыгрывающихся в мозге. Психофизиология эмоций может стать прологом ключевых проблем общей психофизиологии человека.

Для физиологов классификация эмоций является очень трудной задачей. Многие пытаются определить ограниченное число базальных эмоций, не удовлетворяясь их делением только на положительные и отрицательные. Поскольку вероятность удовлетворения потребностей в огромной мере зависит от действий субъекта, П.В. Симонов предполагает, что именно характер действий по удовлетворению потребности может служить классифицирующим принципом.

Потребности являются основой и движущей силой поведения человека. По П.В. Симонову, потребность есть избирательная зависимость живых организмов от факторов внешней среды, существенных для самосохранения и саморазвития, источник активности живых систем, побуждения и цель их поведения. Ключевое положение потребностей среди любых проявлений человеческой психики — мышления, воли, чувств — непреложно вытекает из информационной теории эмоций. Хотя тезис о центральном положении потребности в структуре человеческой личности стал уже общепринятым, роль потребностей нередко как бы отступает на второй план при переходе к конкретному анализу поведения. Такое понимание есть и у психологов. Выдающийся психолог Л.С. Выготский писал: «Мысль не последняя инстанция. Сама мысль рождается не из другой мысли, а из мотивирующей сферы нашего сознания, которая охватывает наши влечения, потребности, наши интересы и побуждения, наши аффекты и эмоции. За мыслью стоит аффективная и волевая тенденция. Только она может дать ответ на последнее «почему» в анализе мышления».

Физиология высшей нервной деятельности человека не располагает общепринятой классификацией его потребностей. Одна из таких классификаций выделяет семь групп потребностей: 1) физиологические потребности выживания (голод, жажда и т.д.); 2) потребность безопасности и сохранения от повреждений; 3) потребность любви и принадлежности к группе; 4) престижные потребности (в уважении, доминировании); 5) потребности самореализации личности (успех, самосознание, самооценка, выявление творческих потребностей); 6) познавательные и 7) эстетические потребности.

П.В. Симонов предлагает классификацию из трех пунктов:

1) биологические или материальные потребности в пище, одежде, жилище и т.п. — для обеспечения своего индивидуального и видового существования;

2) социальные потребности в узком и собственном смысле слова (поскольку социально детерминированы все побуждения человека) — в данном случае речь идет о потребности принадлежать к той или иной социальной группе и занимать в ней определенное место;

3) идеальные (духовные, культурные) потребности познания в самом широком смысле — познание окружающего мира и своего места в нем, познание смысла и назначения своего существования на Земле, а также эстетические потребности.

Поскольку эмоции зависят не только от потребностей, но и от вероятности их удовлетворения, возникает угроза хронической переориентации поведения на менее значимые, но легко достижимые цели. В качестве таких регуляторов традиционно рассматривают волю и сознание. Ho воля не управляет потребностями, а присоединившись к какой-либо из них, содействует ее удовлетворению. Согласно П.В. Симонову, сознание занято «вооружением потребностей средствами и способами их удовлетворения». Недооценка этого обстоятельства ведет к настойчивым попыткам в случае, например, антиобщественного поведения субъекта аппелировать к его «сознательности», что пока не удавалось ни одному реформисту-утописту, а в повседневной жизни ослабляет эффективность воспитательной практики. На любом уровне высшей нервной деятельности человека одной потребности может противостоять только другая потребность.