Межполушарные взаимодействия

13.09.2016
Наиболее общий вывод, который можно сделать о специализации правого полушария на основании исследований расщепленного мозга, состоял в том, что оно не связано с лингвистическими функциями, в том числе с экспрессивной речью. Его специализация касается, по-видимому, сложных зрительных и пространственных процессов. Больные с повреждением правого полушария, как правило, плохо выполняют невербальные тесты, включающие манипуляции с геометрическими фигурами, сборку головоломок, восполнение недостающих частей рисунка или фигур и другие задачи, связанные с оценкой формы, расстояния и пространственных отношений. Два теста на зрительно-пространственные способности показаны на рис. 13.9.
Межполушарные взаимодействия

Интересные результаты были получены при предъявлении изображений составных лиц. В данном эксперименте использована одна особенность анатомического строения зрительной системы человека: темпоральные участки обеих сетчаток проецируются в ипсилатеральные полушария, а нозальные — в контралатеральные полушария. Испытуемый находился перед экраном и фиксировал взор на точке в центре экрана (Б). На 150 мс на экране вспыхивало изображение лица, составленного из двух половин (одна половина, таким образом, проецируется в правое, а другая половина — в левое полушарие) (А). Затем испытуемые в спокойной обстановке рассматривали фотографии людей, которые им предъявляли (В). В большинстве случаев они выбирали лицо, воспринятое правым полушарием (рис. 13.10). На оба лица, или на лицо, воспринимавшееся только левым полушарием, больные указывали крайне редко. Вместе с тем если испытуемых просили описать лица, которые они видели, число ошибок резко возрастало, и большинство ответов относились к лицам, которые «видело» левое полушарие. Когда задача на узнавание лиц ставилась так, что необходимо участие только левого полушария (требовалось дать только словесный портрет), задание выполнялось хуже, чем это могло бы сделать правое полушарие. Таким образом, еще раз подтверждалось мнение, что левое полушарие участвует в обработке вербальной, а правое — невербальной информации.
Межполушарные взаимодействия

В результате проведенных исследований были сформулированы понятия доминантности и компетентности полушарий. Содержание этих понятий можно пояснить таким экспериментом. Испытуемому предъявляли изображения мака, рога и жука и просили дать ответ на основании фонетического (звукового) сходства стимула с выбираемыми предметами. После предъявления химерного (составного) изображения больного просили указать на картину с изображением предмета, название которого созвучно с названием того, что он видел. Для выбора показывали картинки с изображениями рака, стога и лука. Более чем в 82 % случаев испытуемые указывали на картинки, парные к предметам, предъявлявшимся левому полушарию, независимо от того, какой рукой они это делали. В противоположность этому, если испытуемых просили просто указать на виденный ими предмет (использовались те же стимулы), они показывали на тот, который видело правое полушарие.

Чтобы оценить, обладает ли вообще правое полушарие способностью выполнять подобное задание, исследователи предъявляли в левом поле зрения (это изображение анализировалось правым полушарием) целое изображение одного мака, рога или жука и просили больных выбрать изображение предмета с созвучным названием. Выполнение оказалось на уровне случайного. Эти результаты интересны по следующим причинам. Они подтверждают, что правое полушарие не способно иметь дело с речью. Вербализация происходит только, когда информация поступает в левое полушарие (доминантное у правшей).

Результаты исследований, проведенных на больных с расщепленным мозгом, показали, что каждое полушарие может воспринимать, заучивать, вспоминать, чувствовать независимо от другого. Р. Сперри, ученый из Калифорнии, который за цикл этих исследований получил в 1981 г. Нобелевскую премию, считает, что каждое из полушарий расщепленного мозга обладает независимым сознанием. Исследование расщепленного мозга человека породило целый поток предположений. Стали утверждать, что каждого человека можно отнести к «правополушарному» или «левополушарному» в зависимости от того, какое полушарие направляет основную часть поведения индивида. Из этого предположения могли быть сделаны далеко идущие выводы. Например, Дж. Боген, нейрохирург, участвовавший в исследовании больных с расщепленным мозгом, полагает, что нынешний упор в образовании на приобретение вербальных навыков и развитие аналитического мышления приводит к пренебрежению развития важных невербальных способностей. Он утверждает, что одно полушарие в этих условиях «голодает» и его потенциальный вклад в развитие личности в целом игнорируется.

Интересные данные были получены в клинике мозговой травмы. Так, при пароксизмальном приступе в правом полушарии больной вял, малоподвижен или вообще неподвижен, лицо его асимметрично или застыло в каком-то одном выражении. По выходе из приступа больной рассказывает, что он «летал», «парил», «восторгался», «ползал», «участвовал в фантастических событиях» и т. п. При поражении левого полушария больной в болезненном состоянии может совершать путь с работы домой. Придя в сознание, он ничего не может сообщить врачу о собственных переживаниях в момент приступа. Только сторонний наблюдатель сообщает, как больной выглядел внешне, что говорил, как двигался, какое выражение было на его лице. По мнению врачей, первый случай характеризуется проявлением психосенсорной сферы больного, во второй — проявлением психомоторной сферы. Из характеристики первого больного как бы исключается психомоторная, а из второго — психосенсорная сфера психики. Например, во втором примере в течение 30-минутного приступа больной может совершить две пересадки в метро и правильно проделать путь от метро до дома. Ho судя по тому, что он ничего не может рассказать врачу, воспринимает сам этот интервал как «пустой», ничем не заполненный. Может вызвать удивление, что стороннему наблюдателю такой больной представляется адекватно активным (он даже говорил с ним). Поскольку больной точно совершал пересадки в метро, скорее всего, он видел, слышал и воспринимал все происходящее кругом, но выйдя из приступа, не сохранил в своем сознании чувственных образов и воспринятых событий. Когда первый больной говорит, что ситуацию переживает как уже виденную, он выделяет именно то, что сейчас (в настоящем времени) развертывающаяся перед ним ситуация лишь ошибочно кажется ему бывшей. Можно предположить, что, по-видимому, психосенсорная деятельность осуществляется в настоящем времени с опорой на содержание прошлого времени.

У второго больного, который в состоянии амбулаторного автоматизма все действия совершал в нужной последовательности (иначе он не смог бы вернуться домой), каждое звено психомоторной деятельности совершается в настоящем времени. Это значит, что все совершаемые им действия ориентированы на будущий результат. По-видимому, сложная последовательная психомоторная деятельность совершается в настоящем времени, но с обращенностью в будущее время.

При поражении правого полушария имеет место ощущение течения времени, при поражении левого полушария — течение времени как бы отсутствует. Сам феномен иллюстрирует удивительное расхождение субъективного восприятия времен — расхождение как бы двух настоящих времен: времени внешнего мира, существующего независимо от больного, функционирующего, общающегося с себе подобными, и индивидуального, субъективного времени только данного больного. Последнее не совпадает, расходится с реальным временем. Это может восприниматься больным как «ускорение хода времени» или «замедление хода времени». Такие наблюдения позволяют думать о сложной организации психических процессов, нарушающихся при поражении правого полушария, или о более сложной временной организации функционирования правого полушария в его совместной деятельности с левым полушарием. Психосенсорная деятельность реализуется как бы в двух вариантах времени: то, что есть в настоящем времени независимо от субъекта внешнего мира, воспринимается как бы через его индивидуальное настоящее время, и это восприятие будет адекватным и полным лишь в случае совпадения, согласования времени физического мира и индивидуального времени субъекта.

Психомоторная деятельность в отличие от психосенсорной осуществляется во времени физического мира, т.е. реальном времени, а не субъективном, преимущественно благодаря функционированию левого полушария (в парной с правым полушарием деятельности). Ho активная, целенаправленная, эффективная психомоторная деятельность возможна только тогда, когда реальное настоящее время и настоящее время субъекта оптимально соответствуют друг другу.

Пространственная организация психических процессов, нарушающихся при поражении правого полушария, сложнее тех, что нарушаются при поражении левого. Выше уже были описаны синдром поражения правого полушария мозга и возникновение так называемой односторонней пространственной агнозии. Ho о каком пространстве идет речь? Наличие описанного феномена заставляет предполагать, что он является результатом расхождения двух «пространств» — физического пространства внешнего мира, реального, существующего независимо от больного, и «личного» (субъективного) «пространства». данного больного, существующего потому, что существует сам больной. Согласно гипотезе, индивидуальное пространство больного «изменилось», по-видимому, вследствие повреждения правого полушария — оно «перестало» выполнять роль, заключающуюся скорее в опосредовании восприятия внешнего пространства. Через собственное индивидуальное пространство, по всей вероятности, каждый человек воспринимает то, что происходит во внешнем мире. У здорового человека индивидуальные «пространство и время» в момент восприятия конкретных внешних событий оптимально взаимодействуют, и человек адекватно воспринимает события и предметы внешнего мира.

Высказывается предположение, что психосенсорная сфера организуется как бы в двух пространствах (временах) — прошлом и настоящем, а психомоторная — в реальном пространстве (времени настоящем и будущем) внешнего мира. Анализ психического состояния первого и второго больного, в частности резкое сокращение количества психических процессов и снижение их качества у обоих больных, позволяют думать, что психосенсорная и психомоторная деятельности могут быть эффективными лишь при одновременной парной работе полушарий. В этом случае психическая сфера в целом осуществляется во всех пространствах и временах (прошлом, настоящем и будущем).

Сопоставление пароксизмальных нарушений психического состояния правши при поражении правого и левого полушарий мозга дает основание предполагать, что эти нарушения клинически различны, противоположны по следующим признакам. Психическая сфера сужена в обоих случаях, но за счет сохранения разных ее сторон. Амнезия (забывание событий) у правшей с поврежденным правым полушарием отсутствует, но имеет место при повреждении у них левого полушария. Психическая деятельность с сохранением только психосенсорной сферы и сенсомоторной диссоциацией реализуется в настоящем времени с опорой на прошлое время, а с сохранением только психомоторной деятельности — в настоящем времени с обращенностью в будущее время и в то пространство, которое в том будущем будет реальным. В сознании первого больного неадекватно актуализируется содержание прошлого времени и хуже представлено или отсутствует будущее время, изменено настоящее время и «ослаблено» восприятие пространства. В целом, по-видимому, сохранившееся на время приступа пароксизма психическое состояние первого больного осуществляется в его индивидуальном пространстве и времени, опосредующих восприятие того, что есть в реальном пространстве и времени; психическое состояние второго больного осуществляется в пространстве и времени внешнего мира. Все это может означать, что в норме два полушария работают одновременно: правое — с опорой на прошлое, левое — с опорой на будущее.

Нарушения сознания у первого и второго больного также различны, например, корсаковский синдром и синдром Балинта возникают преимущественно при поражении только правого полушария, в то время как амнестический и бредовый синдромы отмечаются при поражении преимущественно левого полушария. Высказывается мнение, что зависимые от правого полушария психические процессы организованы более сложно и иначе, чем психические процессы, зависимые от левого полушария. Для поражения левого полушария характерно расслабленное состояние больного, он демобилизован, эйфоричен, благодушен. Больные с поражениями правого полушария грубо ошибаются в определении времени суток, длительности событий, в восприятии пространства и пространственного расположения помещений.

У левшей с очаговым поражением мозга чаще встречаются различные нарушения нервно-психической деятельности. У них могут быть иные, чем у правшей, сочетания различных психопатологических явлений: более часты галлюцинации; возможны атипичные проявления встречающихся и у правшей психопатологических феноменов.