Компрессионно-спинальные нарушения

27.07.2016
Причины возникновения компрессионно-спинальных синдромов те же: межпозвоночные грыжи и костные разрастания тел позвонков типа остеофитов. Установление диагноза компрессии спинного мозга почти никогда не может быть обосновано спондилографически. Исключение могут составлять случаи с большими задними разрастаниями тел позвонков, расстояние от которых до задней стенки позвоночного канала менее 12 мм, так как сами по себе остеофиты без добавочных факторов редко могут вызвать непосредственное сдавление спинного мозга на шейном уровне. К таким факторам относятся сужение сагиттального диаметра позвоночного канала и эпидуриты, сопровождающиеся венозным и ликворным застоем. Остеофиты могут вызвать сдавление передней спинномозговой, позвоночной и других артерий в шейном отделе позвоночника, в результате чего возникает ишемическая миелопатия спинного мозга. Спинальные синдромы при дискогенной миелопатии шейного отдела позвоночника во многом напоминают боковой амиотрофический склероз, сирингомиелию, экстра-медуллярные опухоли. Дифференциальная диагностика иногда вызывает большие затруднения.

Если на уровне поясничного отдела позвоночника объемные и воспалительные процессы в основном влияют на корешки и их сосуды, то в силу анатомических особенностей строения шейного отдела позвоночника на этом уровне часто происходит непосредственное сдавление спинного мозга. Отсюда — ранняя опасность и особая значимость шейной патологии. В связи с этим врач в первую очередь должен исключить наличие этих процессов. Это касается не только опухолей, кист н межпозвоночных грыж, но и варикозного расширения вен.

Из воспалительных и инфекционноаллергических заболеваний самого позвоночника следует помнить о редких на этом уровне спондилитах туберкулезной или бруцеллезной этиологии, о возможности шейных проявлений анкилозирующего спондилоартроза, обычно в поздних стадиях заболевания. Нередко источником “гипердиагностики” вертеброгенных заболеваний является недоучет серьезной патологии органов грудной клетки, ирритативных влияний, исходящих из других органов или возникающих при непосредственном поражении шейного отдела симпатической нервной системы, например, при инфекционных, постгриппозных и токсикогенных шейных ганглионитах.

Верхушечный бронхогенный рак легкого (опухоль Панкоста) при сдавлении нижней порции плечевого сплетения или экстрадурального отдела корешка C8 может имитировать вертеброгенное заболевание с корешковой компрессией и вовлечением передней лестничной мышцы. Начальные симптомы верхушечного бронхогенного рака легких, как и неврологических проявлений остеохондроза позвоночника, нередко возникают после травм, усиливаются после интеркуррентных заболеваний, сопровождающихся болями в шее, затылочной, межлопаточной областях, в грудной клетке, отеками и вазомоторными расстройствами в дистальных отделах верхней конечности. Для дифференциальной диагностики важно, что при синдроме Панкоста происходит усиление боли от новокаиновых блокад, лучевой терапии и применения физических методов лечения. Большое значение для установления правильного диагноза имеет и то, что при верхушечном бронхогенном раке легкого уже в ранней стадии заболевания обнаруживают изменения со стороны крови (умеренный лейкоцитоз и значительное ускорение СОЭ).

В отличие от боковых грыж срединные и заднебоковые грыжи шейных дисков встречаются сравнительно редко. Ввиду относительно большого объема грыжа вызывает прямое механическое сдавление спинного мозга с белково-клеточной диссоциацией в спинномозговой жидкости и блокадой подпаутинного (субарахноидального) пространства. При заднебоковых грыжах может возникать броун-секаровский паралич с болями в одноименной руке. Срединные грыжи, подобно вентрально расположенным опухолям, протекают обычно без корешковых болей, проявляясь синдромом билатерального вентрального сдавления (симметричное поражение двигательных и чувствительных проводников). Клиническая картина заболевания проявляется двигательными расстройствами в виде нижних спастических парапарезов с постепенно нарастающей слабостью, атрофией и гипотонией в мышцах рук. Проводниковые расстройства чувствительности выражены нерезко и проявляются гипестезией, граница которой располагается на 5—6 сегментов ниже уровня поражения. Часто нарушается функция тазовых органов. В нижних конечностях могут появляться ощущения холода, онемения, вибрации, чувства прохождения электрического тока, в верхних — фибриллярные подергивания. Заболевание прогрессирует в большей части случаев медленно, в течение 10-15 лет.
Компрессионно-спинальные нарушения

Ценным диагностическим и лечебным тестом является проба Берчи — уменьшение боли и парестезий при увеличении диаметра межпозвоночного отверстия путем вытяжения. Для этого врач становится сзади больного, располагая ладони на боковой поверхности головы таким образом, чтобы большие пальцы были за ушами, на сосцевидных отростках. Своими предплечьями, расположенными на плечах больного, врач как бы выталкивает его голову вверх на фазе “вдох”, удерживая это положение на фазе “выдох”. На фазе "вдох” больном поднимает глаза вверх, на фазе “выдох” опускает вниз. Движения проводятся в строго вертикальной плоскости. С лечебной целью проводят обычно 5-8 таких движений (рис. 47 а). Вертикальное вытяжение шейного отдела позвоночника можно делать одной рукой. Тогда локтевой сустав руки врача располагают на подбородке больного, а кисть — на затылке (рис. 47 б). В зависимости от пространственного расположения межпозвоночной протрузии или остеофита часто более эффективно проведение вытяжения с боковым наклоном или наклоном назад (рис. 47 в, г). Необходимо отметить, что при задних межпозвоночных грыжах тракция с наклоном назад может привести к ухудшению состояния больного, поэтому всегда врачу необходимо точно знать локализацию и пространственное расположение межпозвопочной грыжи перед проведением тракции.
Компрессионно-спинальные нарушения
Компрессионно-спинальные нарушения